Глава 3. Разбушевавшийся огонь жадно накинулся на деревянные стены второго этажа дома

Разбушевавшийся огонь жадно накинулся на деревянные стены второго этажа дома. Воздух отяжелел от копоти, та же копоть толстым слоем покрывала одежду людей, стоявших цепочкой и передававших ведра с водой. На почерневших лицах выделялись только глаза и белые зубы.

Обнаженный до пояса Гевин, орудуя топором на длинном топорище, растаскивал по бревнам соседний дом. По тому, с какой энергией он боролся с огнем, трудно было догадаться, что он работает в таком ритме уже два дня.

Город, в котором горел дом и в котором стояло еще три сгоревших дотла здания, принадлежал его семье. Он располагался на склоне холма недалеко от замка Монтгомери и был окружен Глава 3. Разбушевавшийся огонь жадно накинулся на деревянные стены второго этажа дома стеной высотой в двенадцать футов. Налоги, взимаемые с горожан, шли на содержание замка, рыцари которого, в свою очередь, защищали население.

— Гевин! — позвал Рейн, пытаясь перекричать рев пламени. Он тоже взмок от пота. — Уходи оттуда! Огонь уже близко!

Гевин не обратил внимания на предупреждение брата. Он даже не взглянул на горящие стены, которые грозили рухнуть на него, а только еще быстрее замахал топором, стараясь столкнуть бревна внутрь каменных стен первого этажа, где их поливали водой.

Рейн знал, что нет смысла еще раз предупреждать Гевина. Он устало кивнул измученным людям, давая понять, что нужно продолжать растаскивать деревянные стены. Рейн Глава 3. Разбушевавшийся огонь жадно накинулся на деревянные стены второго этажа дома был изнурен сверх меры, но все же ему удалось поспать четыре часа — на четыре больше, чем Гевину. Ему по опыту было известно: если хоть малая толика того, что его брат считает своим, подвергается опасности, он не будет ни спать, ни есть, пока не убедится в том, что угроза ликвидирована.

Рейн затаив дыхание наблюдал, как Гевин работает под горящей стеной, которая могла рухнуть в любое мгновение, и надеялся, что тот скоро закончит растаскивать бревна и спустится на землю. Все то время, что его брат соперничал в скорости с огнем, Рейн ругался сквозь зубы. Торговцы и крепостные в ужасе шарахались, когда Глава 3. Разбушевавшийся огонь жадно накинулся на деревянные стены второго этажа дома стена огня металась из стороны в сторону. Рейну очень хотелось взять Гевина за шиворот и спустить вниз, но он знал, что уступает старшему брату в силе.

Наконец последнее бревно упало внутрь каменных стен, и Гевин ринулся к лестнице. Едва он коснулся земли, как Рейн, преодолев разделявшее их расстояние и оттолкнув его в сторону, обрушился на него, чтобы спасти от наступавшего огня.

— Черт бы тебя побрал, Рейн! — взревел Гевин. — Ты чуть не придавил меня. Слезай!

Рейн давно привык к тому, что Гевин обидчив. Он медленно поднялся. Все его тело болело от двух дней тяжелейшей работы.

— Так-то ты благодаришь Глава 3. Разбушевавшийся огонь жадно накинулся на деревянные стены второго этажа дома меня за то, что я спас тебе жизнь! Какого черта ты стоял там так долго? Еще пару секунд — и ты бы поджарился.

Гевин тоже поднялся. Его почерневшее от копоти лицо обратилось в сторону дома, где он только что работал. Пламя бушевало внутри каменных стен, поэтому можно было не бояться, что оно перекинется на соседние постройки. Удовлетворенно отметив, что остальные здания в безопасности, Гевин повернулся к брату.

— Как я мог допустить, чтобы дом сгорел? — спросил он, растирая плечо, которое он повредил, когда на него налетел Рейн. — Если бы огонь не остановили, от города ничего бы не осталось.



Глаза Рейна блеснули.

— Лучше Глава 3. Разбушевавшийся огонь жадно накинулся на деревянные стены второго этажа дома потерять сотню домов, чем тебя. Гевин улыбнулся. Его ровные белые зубы ослепительно засверкали на фоне покрытого копотью лица.

— Спасибо, — проговорил он. — А вот мне кажется, что лучше лишиться куска мяса, чем отдать огню еще один дом.

Развернувшись, он направился к людям, которые поливали водой строение, стоявшее рядом со злополучным домом. Рейн пожал плечами и ушел.

Гевин стал хозяином поместья Монтгомери, когда ему исполнилось шестнадцать лет, и он с большой ответственностью отнесся к новым обязанностям. Он был готов положить жизнь, чтобы сохранить то, что принадлежало ему. И крепостной и вор могли в равной степени рассчитывать на справедливое отношение Гевина, если Они Глава 3. Разбушевавшийся огонь жадно накинулся на деревянные стены второго этажа дома жили в поместье Монтгомери.

Была уже глубокая ночь, когда Гевин вернулся домой. Он прошел в зимнюю гостиную, которая располагалась рядом с большим залом и одновременно служила столовой. Пол покрывали толстые ковры. Эту комнату пристроили недавно, поэтому она была отделана современными панелями орехового дерева, рисунок которых создавал впечатление, будто стены задрапированы тканью. В дальнем конце комнаты был выложен огромный камин. На каменной облицовке красовались геральдические леопарды Монтгомери.

Рейн, успевший переодеться, сидел перед огромным серебряным подносом с жареной свининой, теплыми булочками, сушеными яблоками и персиками. Он явно собирался в одиночестве расправиться с этой горой еды. Что-то пробурчав, он указал на стоявшую Глава 3. Разбушевавшийся огонь жадно накинулся на деревянные стены второго этажа дома перед камином большую ванну, наполненную горячей водой.

Гевин только сейчас почувствовал, как устал. Стянув с себя одежду и сапоги, он залез в ванну. Вода обожгла его покрытую волдырями кожу. Из темного угла появилась молодая служанка и принялась намыливать ему спину.

— Где Майлс? — с набитым ртом поинтересовался Рейн.

— Я отправил его к Риведунам. Он напомнил Мне, что сегодня должно было состояться обручение. Он выступает как мое доверенное лицо. — Гевин наклонился вперед, чтобы девушке было удобнее мыть его. На брата он не смотрел. Рейн едва не поперхнулся.

— Ты что?

Гевин удивленно взглянул на него.

— Я отправил Майлса как своего полномочного Глава 3. Разбушевавшийся огонь жадно накинулся на деревянные стены второго этажа дома представителя, который и будет участвовать в церемонии обручения с наследницей Риведунов.

— Бог ты мой, да ты совсем повредился в рассудке! Как будто ты покупаешь породистую кобылу. Нельзя было этого делать. Ведь она женщина!

Гевин продолжал пристально смотреть на Рейна. Отблески пламени высветили заигравшие на его лице желваки.

— Я отдаю себе отчет в том, что она женщина. В противном случае от меня не требовали бы жениться на ней.

— Требовали! — Рейн не верил своим ушам. Он откинулся на спинку стула. Действительно, пока три младших брата Гевина вольными птицами путешествовали по стране, посещая различные замки и усадьбы во Франции и даже Святую Глава 3. Разбушевавшийся огонь жадно накинулся на деревянные стены второго этажа дома Землю, сам он занимался счетами и хозяйством. Ему было двадцать семь, и за все одиннадцать лет, если не считать восстания в Шотландии, он ни разу не выезжал из дома. Гевин не догадывался, что братья считают его неискушенным в том, что касается женщин, и объясняют это тем, что его опыт большей частью ограничивается общением с дворовыми девками.

— Гевин, — терпеливо начал Рейн, — Джудит Риведун — благородная дама, дочь графа. Ее учили тому, что от мужчин, в том числе и от тебя, она должна ждать определенного внимания, я имею в виду учтивость и уважение. Тебе следовало бы самому отправиться туда и лично Глава 3. Разбушевавшийся огонь жадно накинулся на деревянные стены второго этажа дома сообщить ей, что ты хочешь взять ее в жены.

Гевин вытянул руку, и служанка принялась тереть ее намыленной тряпочкой. Ее грубое шерстяное платье намокло и, прилипнув к телу, плотно обтягивало полные груди. Гевин, который почувствовал, как его охватывает желание, заглянул ей в глаза и улыбнулся. Потом посмотрел на Рейна.

— Но я не хочу брать ее в жены. Я женюсь на ней только из-за ее земель.

— Ты не имеешь права говорить ей подобные вещи! Ты должен ухаживать за ней и…

Гевин встал во весь рост, и служанка, забравшись на стул, принялась поливать его теплой водой.

— Она будет принадлежать мне, — равнодушно Глава 3. Разбушевавшийся огонь жадно накинулся на деревянные стены второго этажа дома проговорил он, — Она будет делать то, что я скажу. Я достаточно навидался высокородных дам, поэтому знаю, что они собой представляют: сидят в своих светелках, шьют, сплетничают, лопают мед и толстеют. Они ленивы и глупы. Они имеют все, что душа пожелает. Я знаю, как обращаться с женщинами такого типа. Неделю назад я послал в Лондон заказ на несколько новых гобеленов из Фландрии, попросив, чтобы на них была изображена какая-нибудь чушь, вроде нимфы, скачущей между деревьями. Я не хочу, чтобы мою жену напугали сцены войны. Я повешу их в солярии, а чтобы она была полностью довольна жизнью, накуплю ей шелковых Глава 3. Разбушевавшийся огонь жадно накинулся на деревянные стены второго этажа дома ниток и серебряных иголок.

Рейн молчал, вспоминая женщин, которых встречал во время своих путешествий. Большинство из них были именно такими, как их описывал Гевин, но ему случалось встречать и умных, энергичных женщин, которые были истинными сподвижницами своих мужей.

— А что, если ей захочется вмешаться в управление хозяйством?

Гевин перешагнул через край ванны и взял у служанки полотенце.

— Она не будет вмешиваться в то, что должен делать я. Она будет заниматься тем, чем я велю, в противном случае ей придется очень пожалеть о своем непослушании.


documentaxnavsb.html
documentaxnbdcj.html
documentaxnbkmr.html
documentaxnbrwz.html
documentaxnbzhh.html
Документ Глава 3. Разбушевавшийся огонь жадно накинулся на деревянные стены второго этажа дома